научная статья по теме «ГЕНЕРАЛЬСКИЙ СОВДЕП» В СЕВАСТОПОЛЕ, ИЛИ CМЕНА ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИХ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ ЮГА РОССИИ В МАРТЕ 1920 Г История. Исторические науки

Текст научной статьи на тему ««ГЕНЕРАЛЬСКИЙ СОВДЕП» В СЕВАСТОПОЛЕ, ИЛИ CМЕНА ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИХ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ ЮГА РОССИИ В МАРТЕ 1920 Г»

86-90

ПРОШЛОЕ РЕГИОНОВ РОССИИ АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ ПУЧЕНКОВ

кандидат исторических наук, доцент Санкт-Петербургского государственного

электротехнического университета

им. В.И. Ульянова (Ленина) (Санкт-Петербург)

Тел.: (812) 534-28-28; Е-mail: ap80@mail.ru

Статья посвящена одному из эпизодов в истории Гражданской войны: замене генерала Деникина генералом Врангелем на посту лидера южнорусского Белого движения в марте 1920 г. Особое внимание уделяется борьбе за власть, происходившей между генералами Кутеповым, Врангелем и Слащовым.

Ключевые слова: Военный Совет в Севастополе - «генеральский совдеп», генералы А.И. Деникин, П.Н. Врангель, Я.А. Слащов.

«ГЕНЕРАЛЬСКИЙ СОВДЕП» В СЕВАСТОПОЛЕ, ИЛИ СМЕНА

ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИХ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ ЮГА РОССИИ В МАРТЕ

1920 Г.

Генералы Антон Иванович Деникин и Петр Николаевич Врангель сыграли в белой борьбе на Юге России выдающуюся роль. Каждого из них можно смело назвать белым вождем. Собственно говоря, представить Белое движение хотя бы без одного из этих двух имен совершенно невозможно.

В отличие от Деникина, Врангель принял участие в Гражданской войне далеко не сразу. Вместе с тем выдвижение Врангеля, его блестящие успехи и большая личная храбрость сделали его имя исключительно популярным не только в рядовой армейской толще, но и в генеральской среде. По мере начала неудач южнорусского Белого движения, решительный и исключительно амбициозный Врангель, обладавший несомненной харизмой вождя, начинал все чаще противопоставляться сдержанному и уравновешенному Деникину, подчас называемому в Добровольческой армии «богородицей» за мягкость и нерешительность характера.

Весна 1920 г. не могла внушать южнорусскому Белому движению никакого оптимизма. Откат и разложение белогвардейцев казались необратимыми. В таких условиях понятно, что в среде воюющих начались поиски виноватого. Поневоле все взоры были обращены в сторону первых фигур - Главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России генерала Антона Ивановича Деникина и его командующего штабом генерала Ивана Павловича Романовского. Последнего нередко называли «злым гением» генерала Деникина и Добровольческой армии1. Естественно также и то, что в стане антиденикинской оппозиции неизбежно возникал вопрос и о том, кто может быть альтернативой генералу Деникину. Большинство «оппозиционеров» склонялись к тому, что такой фигурой может быть только генерал Петр Николаевич Врангель.

Отношения между Деникиным и Врангелем могут быть предметом отдельного исследования. Каждый из генералов не очень любил распространяться об истории конфликта, понимая, быть может, что выглядел в нем не безупречно. Яркое определение противостоянию Деникин-Врангель дал первый из генералов, назвав его «русским позорищем»2. Важнее тут другое: во многом этот конфликт являлся предысторией

описываемых ниже событий. Можно сколь угодно долго говорить о том, готовил ли Врангель интригу против Деникина с целью его смещения, или же он был в этом отношении безупречен и чист, важно другое: в сознании Деникина Врангель был интриган, метивший на его место. Даже ближайший товарищ Врангеля, генерал П.Н. Шатилов соглашался с тем, что для Деникина «Врангель представлялся лицом, готовым

использовать все пути, чтобы добиться замены собой Деникина»3. Вторил Шатилову тоже «пострадавший» от Антона Ивановича в конце «деникинского» этапа своей карьеры генерал А. С. Лукомский, писавший о том, что «создавалось определенное впечатление, что Врангель не только будирует против Деникина, но ведет определенную против последнего интригу, выдвигая себя ему на смену»4. Знал Деникин и то, что в армии он стремительно теряет популярность и веру в него и что очень многие верят в то, что только Врангель может выправить положение. Помимо очевидного претендента на власть - Врангеля, существовали еще и «теневые» лидеры - генералы Я.А. Слащов и А.П. Кутепов. Если первый в своих воспоминаниях упоминает о том, что в качестве преемника

Деникина в армейской среде называлось его имя5, то Кутепов в эмиграции предпочитал не афишировать свое имя в связи с этой историей.

Общая подавленность, ощущение неизбежности крушения любимого дела, потеря веры в армию - все это привело к тому, что Деникин решился оставить свой пост. Помимо этого большое значение имела и беседа Деникина с командующим Добровольческого корпуса генералом Кутеповым, имевшая место накануне известия о созыве совета высших офицеров по выбору нового Главнокомандующего6. В разговоре с Деникиным Кутепов указал на то, что добровольцы не хотят больше видеть Деникина своим вождем. Это известие сокрушило Деникина. Его решение оставить пост стало неотвратимым. Насколько тонкую игру тут вел Кутепов, можно только гадать. Метил ли он сам на место Деникина или же он искренне считал, что Антон Иванович во имя общего дела должен

оставить свой пост, неизвестно7. Вместе с тем повторим, что именно разговор с Кутеповым предопределил решение Деникина. Генерал Шиллинг, хорошо осведомленный о тогдашних событиях, вспоминал: «19 марта генерал Кутепов доложил Главнокомандующему о своем разговоре с генералом Слащовым, который ему сообщил, что 23 марта предполагается созвать совещание из представителей духовенства, армии, флота и населения для обсуждения создавшегося положения и что, вероятно, это совещание решит обратиться к генералу Деникину с просьбой о сдаче им командования. На вопрос генерала Деникина о настроении Добровольческих частей (корпус генерала Кутепова) генерал Кутепов ответил, "что одна дивизия вполне прочная, в другой -настроение удовлетворительное, в двух - неблагополучно, что, критикуя наши неудачи, войска, главным образом, обвиняют в них генерала Романовского". Кроме этого, все эти интриги и домогательства власти, которые вел и к чему так стремился генерал Врангель, при поддержке генерала Слащова, большей части чинов флота, а также крайних правых элементов, возглавляемых известным своими интригами и беспокойным характером севастопольским епископом Вениамином (который по вступлении генерала Врангеля в главное командование, был, вопреки всем правилам, как бы в награду за его агитационную деятельность в пользу Врангеля назначен протопресвитером военного духовенства, взамен законного протопресвитера отца Георгия Шавельского), - все это, вместе взятое, ясно показало генералу Деникину, что при таких условиях работать и выполнять долг перед Родиной, - невозможно. Результат этого решения и сказался в

отдаче приказа о Военном Совете»8.

В Феодосии, напоминавшей во время Гражданской войны, по словам Осипа

Мандельштама, «разбойничью средиземную республику шестнадцатого века»9,

находилась в те дни Ставка генерала Деникина. Рано утром 20 марта 1920 г. новый начальник штаба Главнокомандующего ВСЮР генерал П. С. Махров был вызван Деникиным к себе. Вид бледного и утомленного Деникина не внушал никакого оптимизма. Протянув Махрову исписанный карандашом клочок бумаги, Деникин произнес: «Прочтете, и прошу немедленно разослать по назначению». Махров начал читать бумажку, на которой был написан приказ о созыве Военного совета на 20 марта вечером под председательством генерала от кавалерии Абрама Михайловича Драгомирова для выбора нового Главнокомандующего.

Махров вспоминал: «Для меня это было настолько неожиданно и казалось столь опасным в данный момент, что невольно вырвалось:

- Да это ведь невозможно, Ваше Превосходительство!

Генерал Деникин, обычно приветливый, на этот раз мрачно и категорически возразил:

- Никаких разговоров. Мое решение бесповоротно, я все обдумал и взвесил. Я разбит морально и болен физически. Армия потеряла веру в вождя, я потерял веру в армию.

Прошу исполнить мое приказание»10. Расстроенный Махров счел за благо выполнить приказ генерала Деникина, однако ему удалось убедить Антона Ивановича, что лучше назначить прибытие на Военный совет в Севастополь не на 20, а на 21 марта, поскольку трудно будет всем приглашенным, особенно из корпуса Слащова, приехать в Севастополь к вечеру 20-го. Также Махров указал Деникину, что имена некоторых старших начальников были опущены. Деникин согласился с доводами Махрова, и вскоре

телеграмма в отредактированном виде была разослана по армии11. В письме генералу от кавалерии Абраму Михайловичу Драгомирову, назначенному председателем Военного совета по выборам нового Главнокомандующего, Деникин писал о том, что «внутренняя связь между вождем и армией порвана, и я не в силах более вести ее». Военному совету Деникин предлагал «избрать достойного, которому я передам преемственно власть и

командование»12. Приказ Деникина о назначении совещания вызвал всеобщее удивление. Никто не мог вразумительно себе ответить на вопрос о том, в чем причина решения Деникина оставить свой пост, и уж тем более было непонятно, как и каким образом «достойный» может быть избран.

21 марта, к вечеру, все приглашенные собрались на совет во дворце Командующего флотом. Первое, что бросилось в глаза всем прибывшим во дворец, было то, что дворец был окружен дроздовцами, у входа стояла пара пулеметов, близлежащие улицы были оцеплены солдатами. «Мы собирались точно опасные заговорщики», - вспоминал участник заседания атаман А.П. Богаевский13. Учитывая то, что власть в Севастополе в те дни фактически принадлежала дроздовцам, генерал Махров резонно предположил, что они что-то замышляли, высказывая мысль о том, что в той ситуации «добровольческие штыки могли бы сыграть такую же роль, как в 1613 г. казацкая сабля при выборе на

царство Михаила Феодоровича»14. Махров вспоминал свои мысли перед советом: «Кто же мог стать на место генерала Деникина? Конечно, не генерал Драгомиров, потерявший всякий авторитет после Киева. Еще меньше шансов имел Кутепов, умственный кругозор которого не мог расшириться с такой быстротой, как ему давались чины. Не мог же занять пост главнокомандующего всегда полупьяный кретин в костюме под клоуна либо кавказского горца - Слащёв. Никто бы не высказался за Покровского... Оставалось безупречное имя Улагая, но он был только солдат»15.

В 20:45 21 марта Военный совет начал свою работу16. Начиная заседание, председате

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «История. Исторические науки»