научная статья по теме ИРАКСКИЙ СИНДРОМ: ВОЕННАЯ ПОЛИТИКА США НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ Комплексное изучение отдельных стран и регионов

Текст научной статьи на тему «ИРАКСКИЙ СИНДРОМ: ВОЕННАЯ ПОЛИТИКА США НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ»

УДК 356

ИРАКСКИЙ СИНДРОМ: ВОЕННАЯ ПОЛИТИКА США НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

© 2015 г. В.И. Батюк

Институт США и Канады РАН, г. Москва

После вывода американских войск из Ирака в военной политике США произошли серьёзные перемены. Вашингтон будет стремиться избегать прямого вовлечения американских вооружённых сил в региональные конфликты. На военном планировании США будет сказываться также нехватка финансовых средств и необходимость адаптации к полицентричному миру.

Ключевые слова: стратегия национальной безопасности, иракский синдром, региональное военное партнёрство, негосударственные субъекты международных отношений.

Вьетнамский синдром и иракский синдром

После вывода американских войск из Индокитая в 1973 г. официальный Вашингтон столкнулся с рядом серьёзнейших проблем в своей стратегии национальной безопасности.

Во-первых, это вьетнамский синдром, который на протяжении более десяти лет (вплоть до второй половины 1980-х годов) способствовал широкому распространению антивоенных настроений в американском электорате, препятствуя тем самым проведению широкомасштабных военных операций вооружёнными силами США; во-вторых, поствьетнамское сокращение американских оборонных расходов - фактор, который действовал до конца 1970-х годов. В-третьих, это фактор крупнейшего военного поражения за всю историю США, что, разумеется, не могло не сказаться на международном авторитете Соединённых Штатов, а также их ближайших союзников.

Несмотря на военное поражение в Индокитае сорок лет тому назад и в Афганистане и Ираке - сейчас, США без каких-либо фатальных для себя последствий могут уйти из этих регионов. Индокитай никогда не имел жизненно важного значения для национальной безопасности Соединённых Штатов, и их участие в этой войне основывалось исключительно на идеологических причинах (имеется в виду пресловутая доктрина «сдерживания коммунизма» и её конкретное проявление - так называемая «теория домино») [3, с. 252-301]. Что же касается Ближнего и Среднего Востока, то экономическое значение этого региона для США неуклонно снижается после начала «сланцевой революции» в Соединённых Штатах.

* БАТЮК Владимир Игоревич - доктор исторических наук, руководитель Центра военно-политических исследований ИСКРАН. E-mail: ctas@inbox.ru

Политические итоги поражения США во Вьетнаме во многом сходны с последствиями неудач Соединённых Штатов в войнах XXI века - в Афганистане и Ираке. Широко распространённые антивоенные настроения в американском обществе , существенное сокращение оборонных расходов и, наконец, «клеймо» военного поражения - всё это роднит вьетнамский и афгано-иракский синдром.

Однако между вьетнамским и иракским синдромом имеются и серьёзные различия. В 1970-х годах существовала иная - биполярная - система международных отношений, и США, несмотря на неудачу в Индокитае, оставались одним из лидеров биполярного мира. Причём в отличие от СССР, который всегда был, так сказать, «одномерной сверхдержавой», чей сверхдержавный статус зиждился исключительно на советской военной мощи, Соединённые Штаты оставались бесспорным мировым экономическим и технологическим лидером, будучи при этом сравнительно малозависимыми от мирохозяйственных связей. В настоящее время, однако, официальный Вашингтон вынужден действовать в рамках иной, полицентричной, системы международных отношений, где США сталкиваются с мощной экономической конкуренцией [1] и где уровень экономической зависимости Соединённых Штатов от внешнего мира является беспрецедентным.

Сорок лет тому назад США сталкивались с вызовами со стороны государств - и прежде всего Советского Союза и его союзников. В настоящее время основную угрозу национальной безопасности Соединённых Штатов представляют негосударственные акторы, такие как международный террористический интернационал и международная оргпреступность. Это обстоятельство крайне осложняет планирование и принятие решений в сфере национальной безопасности США (как, впрочем, и других членов международного сообщества).

Поляризация общественно-политической жизни в Соединённых Штатах, ослабление позиций умеренных, центристских сил в двух ведущих политических партиях США - Демократической и, особенно, Республиканской - всё это крайне затрудняет процесс принятия решений в сфере внутренней и внешней политики. Консенсус по основным внешнеполитическим проблемам, существовавший в американском истеблишменте в годы «холодной войны», остался в прошлом. На смену ему пришло жёсткое идеологическое противостояние между Б. Обамой и его командой, с одной стороны, и «неоконсевато-рами»-республиканцами, обвиняющими президента в слабости и некомпетентности при проведении внешней политики - с другой.

Очевидно, что в этих условиях процесс преодоления иракского синдрома будет куда более сложным и болезненным, чем преодоление вьетнамского синдрома. Следует напомнить в этой связи, что на протяжении 1970-х годов, в условиях вьетнамского синдрома, США сумели добиться серьёзных внешнеполитических успехов - достаточно упомянуть заключение мира в Кэмп-Дэвиде между Израилем и Египтом. В настоящее время, однако, официальному Ва-

* Согласно опросу общественного мнения, проведённому в сентябре 2013 г. газетой «Уоллстрит джорнел», число американцев, выступающих за то, чтобы власти США уделяли больше внимания решению внутренних проблем страны, а не «продвижению демократии» в глобальном масштабе, возросло до 74% [4].

шингтону не приходится рассчитывать на столь же масштабные внешнеполитические прорывы.

Иракский синдром и Пентагон: перемены в военной политике США

Разумеется, иракский синдром самым непосредственным образом сказывается на военной политике Соединённых Штатов. В директивном документе «Поддерживая американское глобальное лидерство: приоритеты для обороны XXI века», утверждённом в январе 2012 г., президент Б. Обама поставил перед американскими вооружёнными силами следующие задачи:

- борьба с террористами и другими негосударственными игроками;

- сдерживание агрессора и нанесение ему поражения в случае, если сдержать его не удастся;

- обеспечение доступа в район проведения операций и сохранение способности вооружённых сил США проецировать свою мощь в глобальных масштабах, несмотря на противодействие потенциальных противников (в этой связи были конкретно упомянуты Иран и Китай);

- борьба с распространением оружия массового уничтожения;

- способность эффективно действовать в киберпространстве;

- способность эффективно действовать в космическом пространстве;

- поддержание безопасного, надёжного и эффективного ядерного сдерживания;

- оборона континентальной территории США и обеспечение поддержки гражданским властям;

- проведение операций по стабилизации, а также контрповстанческих операций;

- проведение спасательных, гуманитарных и других операций [18, р. 4-6].

Американское военно-политическое руководство исходит из того, что характер угрозы национальной безопасности страны меняется. В Четырёхлетнем военном обозрении (март 2014 г.) говорится о новых, асимметричных угрозах, с которыми сталкиваются США: «Соединённые Штаты сталкиваются с быстроменяющейся средой безопасности. Мы перегруппируемся, чтобы сосредоточиться на стратегических вызовах и возможностях, которые определят наше будущее: новые технологии, новые центры силы и мир, который становится более подвижным, непредсказуемым и в некотором смысле более угрожающим Америке. Вызовы многим нашим союзникам и партнёрам по всему миру являются быстрорастущими и трудно предсказуемыми, прежде всего со стороны Северной Кореи и Ирана. Повсюду происходят мятежи и наблюдается насилие, что создаёт благоприятную среду для экстремизма и локальных конфликтов, особенно в слабых государствах, расположенных от Сахеля до Южной Азии. Эти конфликты несут угрозу и американским гражданам. В то же время характер современных войн меняется, что приводит к борьбе за контроль над пространством в воздухе, на море и в космосе, равно как и в кибер-пространстве, где наши силы обладали превосходством в большинстве конфликтов, в которых они принимали участие» [14, р. I].

В разработанной Комитетом начальников штабов «Основополагающей концепции межвидовых операций» (Capstone Concept for Joint Operations) подчёркивается, что американским вооружённым силам придётся действовать в «глобальной политической среде, которая отличается электронными системами коммуникации и общемировыми потоками капитала, товаров, людей и информации, когда география угроз и кризисов становится более сложной. Хотя большинство угроз безопасности по-прежнему коренится в конкретных регионах, многие из них вызваны транснациональными процессами. В мире, где уязвимая критическая инфраструктура имеет широкий выход на Интернет и где диверсии и терроризм могут иметь далекоидущие последствия, противники могут пойти на эскалацию в иных сферах, включая территорию самих США» [6, p. 3].

При этом официальный Вашингтон исходит из того, что Соединённые Штаты и впредь останутся лидером в системе международных отношений -несмотря на поражения и неудачи последнего десятилетия. Сказанное не означает, однако, военно-политического присутствия США в любой точке Земного шара. Как указывается в президентской директиве «Поддерживая американское глобальное лидерство», «экстремисты будут и впредь угрожать американским интересам, союзникам, партнёрам и территории самих Соединённых Штатов. Источник этих угроз находится, главным образом, в Южной Азии и на Ближнем Востоке».

При выработке стратегии национальной безопасности американские правящие круги учитывают не только угрозы, но и возможности США: «Американские интересы в области экономики и безопасности неразрывно связаны с регионом, простирающимся от Западного полушария через Восточную Азию и вплоть до Индийского океана и Южной Азии, где у Соединённых Штатов имеются и вызовы, и возможности. Соответственно, в то время как вооружённые силы США будут вносить свой вклад в укрепление глобальной безопасности, мы будем по необходимости осуществлять перегруппировку в Азиатско-Тихоокеанском регионе» (курсив источника. - В.Б.) [18, p. 1-2].

Хотелос

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «Комплексное изучение отдельных стран и регионов»