научная статья по теме О СТАТУСЕ МЕСТОГЛАГОЛИЯ В ЯЗЫКЕ Языкознание

Текст научной статьи на тему «О СТАТУСЕ МЕСТОГЛАГОЛИЯ В ЯЗЫКЕ»

ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ

№ 2 2011

© 2011 г. Г.В. ФЕДЮНЕВА О СТАТУСЕ МЕСТОГЛАГОЛИЯ В ЯЗЫКЕ

Целью статьи является выяснение реального статуса местоглаголия в дейктической системе языка. На материале языков разных типов рассматриваются явления, так или иначе связанные с глаголом (предикатом) отношениями замещения и указания: широкозначные глаголы, их комбинации с некоторыми указательными, вопросительными, неопределенными местоимениями, подставочные конструкции, заменяющие в речи ускользнувший из памяти или эллиптированный глагол и др. По мнению автора, эти языковые элементы не являются местоглаголиями, т.е. собственно местоимениями, формирование которых непосредственно связано с использованием дейктических частиц. Местоглаголиями следует считать глаголы, также имеющие первичные дейктические корни, вроде эвенкийских ё- «* чтоить», эри-ц-тэ- «*этовствовать», тари-ц-та-«*тотовствовать» или севернорусского тоговотать. Автор считает, что местоглаголия непосредственно связаны с референциальной функцией языка. Они являются скорее потенциальной, нежели последовательно вербализованной категорией. Формируясь в дискурсе, местоглаголия остаются фактом речи, лишь иногда поднимаясь до уровня языковой системы.

Проблема выявления средств и механизмов актуализации языка в спонтанной речи, вызывающая неизменный интерес исследователей (см., например, [Падучева 2002; FPP 2010; Подлесская 2006; Podlesskaya 2007 и др.]), объективно детерминирована имманентным свойством языковых единиц модифицироваться в процессе речепорождения. Этим объясняется тот факт, что, несмотря на имеющиеся исследования, работы по типологии и таксономии многочисленного разряда дейктических и дискурсивно ориентированных слов, в том числе глаголов, не утратили своей актуальности.

Задача данной работы - определить статус маргинальной группы местоглаголий среди других маркеров глагольного дейксиса, участвующих в анафорическом тексто-образовании, а также референции, главным средством которой, как известно, являются местоимения и другие «местоименные элементы языка» [Падучева 2002: 10]. Дело в том, что под местоглаголием часто понимаются разные языковые явления, объединенные функцией заместительности глагольных позиций в высказывании. Об этом свидетельствует «терминологическая туманность», окутывающая данное явление: термины «местоглаголия», «дейктические глаголы», «местоименные глаголы», «глаголы с местоименной семантикой», «место предикативы», «провербы» и т. д., встречающиеся в отдельных работах, не имеют дефиниций и используются от случая к случаю.

Чаще всего под местоглаголием понимают глаголы с очень общей семантикой процессуальности или экзистенциональности, способные выступать на месте того или иного полнозначного глагола или отдельных семантических групп, следовательно, иметь в некоторой степени функции указания и замещения. Обычно в качестве таковых приводятся глаголы со значениями «делать», «стать», «быть», «происходить» и т.д., например, датский глагол g0re, шведский gora «делать», китайский lai «приходить», русский глагол стать в устаревшей конструкции «не - инфинитив - стать», вроде: нам не привыкать стать, не занимать стать, английский глагол to do, используемый для замены смыслового глагола во избежание его повторения в последующем предложении или в кратких ответах на вопрос, вроде: Who took the dictionary? - I did «Кто взял словарь? - Я (сделал, т. е. взял)»; Does he help you? - Yes, he does «Он помогает вам? - Да

(делает, т. е. помогает)», болгарский глагол есть в утвердительных конструкциях вроде: Купи ли сахар? - Не съм «Купил ли ты сахар?» - букв. «не есть» и некоторые другие.

Ю.С. Маслов, отмечая, что в русском языке местоглаголие в общем не получило развития, все же считает, что к этому ряду можно добавить глагол делать, особенно в сочетании с местоимением это или другими подобными словами, поскольку он может выступать как заместитель знаменательного глагола, например, в конструкциях типа не делай этого! [Маслов 1975: 218].

Н.Ю. Шведова, посвятившая ряд крупных работ описанию смыслового строения русских местоимений [Шведова 1995; 1998], такого же мнения: «Принято утверждать, -пишет она, - что в русском языке нет дейктических глаголов. Однако это неверно: у нас есть как собственно формообразующие глаголы, так и дейктические глаголы, по своему смысловому назначению совпадающие с местоимениями». Под свободными дейктическими глаголами она понимает такие, «которые по своим функциям, синтаксическому поведению и парадигматике уверенно вписываются в систему местоименных слов: это глаголы, способные означать любой поступок, действие, событие, ситуацию либо их необратимый результат; таковы глаголы, застывшая глагольная форма и глагольные сочетания: поступать/поступить, делать/сделать, делаться/сделаться, происходить/произойти, сделано, быть, иметь место (быть, наличествовать)» [Шведова 1998: 42-43].

Действительно, глаголы с подобной семантикой (а их может быть гораздо больше приведенных) выступают некими аккумуляторами абстрактно-языковых смыслов, обращенных к различным группам полнозначных слов. Они, как и многие другие разряды абстрактной лексики, наполняются конкретно-лексическим содержанием в связном тексте или высказывании, например: что делать: писать, плясать, печь, развлекаться и т.д.; что происходит: просыпается, меняется, падает, не здоровится, не спится и т.д. В этом смысле они похожи на местоимения, ср., как: быстро, бегом, прямо и т.д.; какой: большой, зеленый, старый, плачущий и т.д.

Интересно отметить, что глагол делать в современном русском языке последовательно распадается на два лексико-грамматических варианта, а именно, на глагол делать, семантически близкий англ. to make «изготовлять», и глагол делать, сопоставимый с англ. to do с местоименным значением. В первом случае он является полноценным смысловым глаголом, требующим конкретный объект действия, например, делать что: машину, работу, домашнее задание, опыты и т.д. Во втором - глагол выступает в качестве «пустой формы», требующей уточнения, наполнения за счет семантики полнозначных слов: что делать: спать, гулять, строгать, печатать, плавать и т.д. Казалась бы, процесс прономинализации глагольной формы налицо, однако вряд ли это дает возможность говорить о местоглаголии. Несмотря на «почти местоименную» семантику, глагол делать не может выступать в качестве заместителя семантически полнозначных слов, ср., например, *они пошли делать вместо они пошли плавать. Видимо, можно ожидать дальнейшее развитие процесса десемантизации глагола делать особенно в сочетании с собственно дейктическими элементами (скорее с указательными, нежели вопросительными местоимениями), поскольку в русских диалектах на уровне спонтанной речи такие примеры имеются, ср., например, колым. пришел к има, а они то делают, ужнают да [Богораз 1901: 14].

«Почти местоименную» семантику иногда демонстрируют глаголы конкретного действия, частота употребления которых в разных контекстах приводит к суперполисемантизму, по терминологии У. Вейнрейха, к смысловой «почти-пустоте» [Вейнрейх 1970: 211]. Ср., например, чувашский глагол ту «делать», используемый в словосочетаниях в самых разных значениях «заниматься», «решать», «договариваться», «успевать» и т.д. [ЧРС 1961: 435]. Первоначально этот глагол имел значение «родить, рожать» [ЭСЧЯ 1964: 254].

Наличие в языке глаголов с общепроцессуальным значением относится к числу языковых универсалий; «явление смыслового "выветривания" можно, безусловно, признать универсалией, хотя в разных языках оно проявляется в разном масштабе» [Вейнрейх

1970: 212]. В некоторых языках они настолько опустошаются, что могут использоваться как простой показатель процессуальности, сопровождающий смысловой глагол1.

Однако насколько в действительности семантика широкозначных глаголов может быть соотнесена с собственно местоименным значением и, соответственно, насколько последовательно они могут выступать вместо семантически полнозначных глаголов? По-видимому, настолько же, насколько «местоименны» слова действие, происшествие, сущность, бытие, дело, много, мало и т.д., реальное коммуникативное (на)значение которых реализуется также только в конкретной языковой ситуации.

Нетрудно сделать вывод, что само по себе «местоименное значение» глагола еще не повод говорить о наличии в языке местоглаголия как структурной составляющей дейк-тической системы. По мнению К. Бюлера, фундаментальным различием между полем указания, в котором функционируют дейктические знаки, и символическим полем назывных слов состоит в том, что первые всегда связаны с ситуацией общения, тогда как назывные слова в большей степени ситуационно независимы [Бюлер 2000: 75]. Следовательно, чем больше семантическая реализация слов зависит от ситуации говорения, тем ближе они к разряду дейтических слов. Однако это не значит, что они могут быть включены в число местоимений или даже прономинативов. Во всяком случае, для этого нужен достаточно длительный период «ассимиляции» в строгой иерархически структурированной системе «знаков знаков», каковой является местоимение и которая, как известно, сложилась на самых ранних этапах формирования большинства известных языков.

История и типология формирования класса местоимений свидетельствуют о постепенном формировании основных лексико-грамматических разрядов из собственного дейктического материала. Как правило, в роли первичных местоимений выступают архаичные дейктические корни, выполняющие функции указательных частиц, затем указательных, вопросительных и личных местоимений, из которых постепенно формируются адъективные, квантитативные, адвербиальные и другие группы прономинальных слов [Майтинская 1969: 39 и сл.]. Местоглаголия, чтобы стать элементом этой системы, должны также опираться на уже имеющиеся разряды «настоящих» местоимений и дейктических корней. Следовательно, собственно местоглаголиями (= местоимениями) можно считать только глаголы, образованные от местоименных основ и непосредственно с ними взаимодействующие.

Выявление и семантическая стратификация ряда языковых универсалий в рам

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «Языкознание»