научная статья по теме РОССИЙСКАЯ ЦЕНЗУРА: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ. РЕЦЕНЗИЯ НА СБОРНИКИ: ЦЕНЗУРА В РОССИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ. СБ. НАУЧНЫХ ТРУДОВ. ВЫП. 1. СПБ., 2001; ВЫП. 2. СПБ., 2005; ВЫП. 3. СПБ., 2006 История. Исторические науки

Текст научной статьи на тему «РОССИЙСКАЯ ЦЕНЗУРА: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ. РЕЦЕНЗИЯ НА СБОРНИКИ: ЦЕНЗУРА В РОССИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ. СБ. НАУЧНЫХ ТРУДОВ. ВЫП. 1. СПБ., 2001; ВЫП. 2. СПБ., 2005; ВЫП. 3. СПБ., 2006»

РЕЦЕНЗИИ НАУЧНЫХ ИЗДАНИЙ

ВЛАДЛЕН СЕМЕНОВИЧ ИЗМОЗИК

доктор исторических наук (Санкт-Петербург),

профессор Северо-Западного заочного технического университета Российская цензура: прошлое и настоящее.

РЕЦЕНЗИЯ НА СБОРНИКИ: ЦЕНЗУРА В РОССИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ. СБ. НАУЧНЫХ ТРУДОВ. ВЫП. 1. СПБ., 2001; ВЫП. 2. СПБ., 2005; ВЫП. 3. СПБ., 2006

Сами даты издания рецензируемых сборников достаточно четко говорят о ряде особенностей нашего времени. Появление первого сборника в 2001 г. символизирует стремление перейти от отдельных публикаций к систематическому изучению такого многофакторного и разнообразного явления, как цензура. Четырехлетний перерыв между первым и вторым сборниками свидетельствует не об отсутствии авторов и статей, а о нелегком периоде становления нового издания. Наконец, дата выпуска третьего сборника внушает надежду на регулярное, пусть и не ежегодное, рождение новых, весьма нужных и полезных данной сфере их продолжений.

Общий объем трех выпусков составляет более 54-х печатных листов. Сборники выходят под эгидой двух уважаемых учреждений: Российской национальной библиотеки и Санкт-Петербургский филиала Института истории естествознания и техники РАН. Понятно, что реальную работу выполняют при этом конкретные люди: составители и научные редакторы. Во всех трех сборниках эту роль выполняли М.Б. Конашев (в третьем сборнике он указан ответственным редактором) и Н.Г. Патрушева. Со второго выпуска совместно с ними трудилась М.А. Бенина. Анализировать эти сборники достаточно трудно, в первую очередь по причине их большого тематического и персонального разнообразия.

Достаточно сказать, что в трех сборниках приняло участие более сорока авторов. Из них только пятеро - Л.И. Вавулинская (сотрудник Института языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН), М.Б. Конашев (сотрудник санкт-петербургского филиала Института истории естествознания и техники РАН), Н.Г. Патрушева (сотрудник Российской национальной библиотеки), И.А. Трушина (сотрудник Российской национальной библиотеки) и Пол Фут (сотрудник Оксфордского университета) - поместили свои материалы во всех выпусках. Замечу, что Ирина Александровна Трушина в первом выпуске, насколько мы знаем, выступала под фамилией Тутакова. При этом кроме Санкт-Петербурга представлены самые различные регионы России (Волгоград, Екатеринбург, Нижний Новгород, Петрозаводск, Саратов) и целый ряд стран т.н. «дальнего зарубежья» (Великобритания, Германия, Греция, Сербия, США, Финляндия,

Франция, Черногория, Швеция). К сожалению, из стран «ближнего зарубежья» есть лишь одна публикация из Эстонии. Наконец, материалы сборников распределены по нескольким основным тематическим разделам: история цензуры, цензура сегодня, формирование «информационного общества» и проблемы доступа к информации, публикации, библиография и справочные материалы. Названия большинства разделов не являются абсолютно неизменными. Это отражает стремление редколлегии как можно точнее отразить различные аспекты проблемы.

Поэтому мы позволим себе сосредоточить внимание на проблеме «Цензура вчера и сегодня». Прежде всего обратимся к характеристике раздела, который первоначально именовался «История цензуры», а затем появилась формулировка «История цензуры в России и других странах». Это связано с публикацией в 3-м выпуске статей Милисы Стеванович «Формы цензуры в Сербии со времен Второй мировой войны до сегодняшнего дня» и Ричарда Фитсиммонса «Цензура в Государственной библиотеке Латвийской Советской Социалистической Республики». С ним самым тесным образом связан раздел «Публикации». Здесь читатель может ознакомиться с «Историей Комитета 2 апреля 1848 г. в документах» (публикация Н.А. Гринченко, вып. 3) и документальной подборкой «Цензура и органы цензуры в постановлениях Наркомпроса РСФСР в 1922-1924 гг. (публикация М.В. Зеленова, вып. 3); прочесть «Отчет Ю.М. Богушевича о ревизии цензурных учреждений в западных владениях Российской империи в 1873 г. (публикация Н.Г. Патрушевой и Д.А. Эльяшевича, вып. 2), воспоминания П.П. Гнедича о театральной цензуре в 1880 - начале XX в. (публикация А.В. Блюма, вып. 2) и другими материалами.

Публикация документов, разделенных семью десятилетиями, прекрасно демонстрирует стремление любой авторитарной власти, независимо от публичных ее заявлений, к установлению как можно более жесткого идеологического и политического контроля над печатью и зрелищами. Одновременно в силу своего нахождения в системе чиновники (независимо от того, что они думали на деле), и царского и советского времени, стремились показать благодетельность таких распоряжений. Например, руководители Комитета 2 апреля 1848 г. генерал-адъютант Н.Н. Анненков и статс-секретарь М.А. Корф отмечали в отчете от 3 января 1850 г.: «В журналах наших не заметно уже более стремления к распространению тех дерзких и опасных учений, коими они наполнялись до апреля 1848 г. и которые могли окончательно обратить их в школу политического и нравственного разврата. <...> Строгость и, особенно, непрерывность надзора постепенно водворили и в писателях и в цензорах ту спасительную для общего блага уверенность, что над ними неусыпно бодрствует око правительства» (Вып. 3. С. 238). Через 73 года, при, казалось бы, абсолютно новой власти, в июне 1923 г. перед Главлитом ставилась задача «не заполнять рынок литературой идеологически и политически пролетариату вредной. <. > Наблюдение за библиотеками не осуществляется за

недостатком аппарата (это «благословенное» время наступит достаточно скоро. - В. И.)».

Между тем умные представители цензурного ведомства понимали

т

невозможность поставить плотину на пути потока реальной жизни. 1от же М.А. Корф, будучи уже председателем данного Комитета, в записке Александру II от 3 декабря 1855 г., подчеркивая якобы благодетельную роль сего учреждения («в писателях и цензорах окончательно водворена <. > уверенность, что над ними всегда, неусыпно, неослабно бодрствует глаз Правительства», признавал распространение рукописной литературы, которая «читается с жадностью, и против нее бессильны все полицейские меры». А посему делал вывод о необходимости закрытия Комитета (Вып. 3. С. 244, 245). Со своей стороны пытался ввести цензуру в разумные рамки нарком просвещения РСФСР А.В. Луначарский, о чем свидетельствует его письмо председателю Главреперткома И.П. Трайнину в июле 1923 г. Он, в частности, писал: «. цензура тем она лучше, чем меньше она запрещает <...> усердная цензура всегда приводит к всенародному конфузу для себя и для того государства, в котором она работает» (Вып. 3. С. 276).

Одновременно публикации дают прекрасное представление о всегдашнем неполном соответствии теории (официальных инструкций по цензуре) и практики (действиям цензуры в реальной жизни). В этом отношении очень интересны воспоминания П.П. Гнедича, который наблюдал цензуру в качестве драматурга, критика и управляющего труппой Александринского театра. Он, в частности, заметил: «Иные авторы, чтобы было пропущено нужное им место в пьесе, предварительно вставляли такую "нецензурщину", что она подлежала несомненному запрету. Наряду с этим "ужасом" уже желанная автору сцена не казалась рискованной и иногда проходила» (Вып. 2. С. 221). Сразу вспоминаются рассказы последних лет советских режиссеров и авторов о подобных же уловках 1960-1970-х гг. И еще одна актуальная фраза П.П. Гнедича: «Цензура все время насаждала нравственность и, главное политическую благонадежность. Насаждала ли она их плохо, или другое что, - только в конце концов дело у нас кончилось революцией» (Вып. 2. С. 220). Это было написано через пару лет после 1917 г. Но на рубеже 1980-1990-х гг. произошла новая революция.

Казалось бы, такой исторический опыт однозначно свидетельствует о вредоносности цензуры и необходимости ее полного устранения. Но многочисленные публикации сборников говорят о том, что дело обстоит не столь просто. Уже в первом выпуске появилась статья одного из крупнейших исследователей феномена цензуры, профессора СПбГУ Г.В. Жиркова «Уроки истории и современной практики цензурного режима» (Вып. 1. С. 156-178). Он справедливо подчеркнул, что «цензура - необходимый институт государства. <...> Объективные истоки цензуры лежат в диапазоне и объеме циркулирующей в обществе социальной информации, доступной аудитории. <...> Часть информации составляет тайну, наличие которой уже является объективным основанием цензуры» (Там же. С. 159). Так что дело не в ликвидации цензуры, а в ее реально оптимальном регулировании.

Об этом же писали в первом выпуске и другие авторы: Рябчук В.Н. Свобода массовой информации без цензуры и злоупотреблений. С. 182-196; Фитцсиммонс Р. Цензура, интеллектуальная свобода, библиотечное дело и демократическое государство. С. 204-220; Тутакова (Трушина) И.А. Свобода слова и противостояние цензуре в сети Интернет. С. 221-229; Старжес П. Интернет, свобода выражения и места общественного доступа. С. 230-251; Капурро Р. Этос киберпространства. С. 252-256. Особо отмечаю верность данной проблеме И.А. Тутаковой (Трушиной), о чем будет сказано далее. Все они сходятся в том, что перед современным обществом стоит сложнейшая проблема - как защитить информационные права личности, общества и государства и не допустить злоупотреблений свободой массовой информации. Это касается библиотек и Интернета как гарантов всеобщего свободного доступа к информации. В частности, Р. Фитцсиммонс ставит вопрос: «могут ли библиотеки, как учреждения, защищать те или иные социальные или политические воззрения и сохранять свое лицо как поставщиков сведений, представляющих все стороны воззрений всех сторон»? (Вып. 1. С. 217). Рафаэль Капурро высказывался за взаимное посредничество между «самоорганизацией и внешними мерами контроля» (с. 254).

Напомню, что это были мысли, сформулированные еще в 1990-е гг. Последующие годы показали, что данная тема становится все более сложной и болезненной. И, конечно, не случайно, что внимание к ней лишь выросло в последующих выпусках. Это, в частности, статьи М. Дьюхирста (Цензура в России в 1991-2001 годах. Вып. 2. С. 158-1

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «История. Исторические науки»