научная статья по теме РУССКОЕ ОБЩЕСТВО И ПРОЕКТ ВСЕСОСЛОВНОЙ ВОИНСКОЙ ПОВИННОСТИ: ПЕРВЫЕ ОТКЛИКИ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ История. Исторические науки

Текст научной статьи на тему «РУССКОЕ ОБЩЕСТВО И ПРОЕКТ ВСЕСОСЛОВНОЙ ВОИНСКОЙ ПОВИННОСТИ: ПЕРВЫЕ ОТКЛИКИ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ»

ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ

СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ РУДНИК

кандидат исторических наук, доцент кафедры истории Национального минерально-сырьевого университета

«<Горный» (Санкт-Петербург)

Тел.: (812) 271-29-12, Е-таН: rudnik7@yandex.ru

В 1870 г. Александр II и Военное министерство во главе с Д.А. Милютиным впервые обнародовали план введения в России всеобщей воинской повинности. Эта новость вызвала широкий общественный резонанс и самые противоречивые толки. Диапазон настроений простирался от демонстрации верноподданнических чувств до полного неприятия реформы со стороны купеческого сословия.

Ключевые слова: рекрутчина, всесословная воинская повинность, военная реформа, общество, льготы, Третье отделение.

РУССКОЕ ОБЩЕСТВО И ПРОЕКТ ВСЕСОСЛОВНОЙ ВОИНСКОЙ ПОВИННОСТИ:

ПЕРВЫЕ ОТКЛИКИ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ

После Крымской войны рекрутские наборы в империи не проводились шесть лет. В марте 1862 г. по инициативе военного министра Д.А. Милютина при Государственном Совете была создана особая комиссия для пересмотра рекрутских уставов с целью в какой-то степени «уравнять и облегчить эту повинность для народа». Однако работа шла медленно. В то же время международная обстановка конца 1860-х гг. характеризовалась стремительным наращиванием военной мощи ряда европейских государств. Молниеносный разгром Франции осенью в 1870 г. прусской армией, укомплектованной по принципу всеобщей воинской повинности, произвел сильное впечатление во всей Европе. Д.А. Милютин вспоминал: «Умы поражены были громадностью военных сил, развернутых Пруссией, совершенством их организации, быстрыми ударами, нанесенными могущественному врагу». В правительственных кругах «заговорили о том, достаточны ли наши вооруженные силы для ограждения безопасности России в случае каких-либо новых политических пертурбаций в Европе»1. Вывод напрашивался очевидный: рекрутские наборы изжили себя и не позволяли в случае военной угрозы мобилизовать требуемые людские ресурсы.

Военный министр поставил вопрос о необходимости увеличения обученного людского запаса. Большую помощь Д.А. Милютину оказал бывший министр внутренних дел П.А. Валуев. Летом 1870 г. он находился в Пруссии и наблюдал быструю мобилизацию прусской армии, громадное развитие ее вооруженных сил. Вернувшись из-за границы и делясь с военным министром своими впечатлениями, П.А. Валуев высказал мысль о распространении обязательной военной службы на все сословия без исключения. Милютин также признавал, что «такое решение вопроса было бы самым рациональным». В то же время он понимал, что если инициатива подобного предложения будет исходить от него, то противники его реформ признают новую меру «революционной» и шансов на успех будет мало. Поэтому он убедил Валуева изложить письменно эти мысли и представить их Александру II от своего имени. Так и было сделано. Через несколько дней Валуев прислал Милютину записку, озаглавленную «Мысли невоенного о наших военных силах». «Записку Валуева, - замечает Милютин, - я нашел вполне отвечающей цели, и, по желанию его, лично представил Государю при своем докладе 5 октября в Царском Селе». Подавая эту записку, военный министр, по его собственному признанию, «мало рассчитывал на успешный результат». Тем радостнее было на следующий день получить записку обратно с такой резолюцией Александра II: «Совершенно совпадает и с твоими, и моими собственными мыслями, которые, надеюсь, и будут приводиться в исполнение по мере возмож-ности»2. На другой день, 7 октября, Д.А. Милютин был с докладом у государя, который выразил полное одобрение инициатив военного министра. Воодушевленный поддержкой Александра II, в тот же день Д.А. Милютин набросал канву будущего устава всеобщей воинской повинности

в России. В течение всего октября в Главном штабе шла подготовительная работа: собирались необходимые данные, делались предварительные расчеты, обсуждались основные черты нового устава.

4 ноября 1870 г. последовало Высочайшее повеление Александра II, в котором говорилось «о распространении прямого участия в военной повинности, при соблюдении некоторых особых условий, на все вообще сословия в го-сударстве»3. С этого момента правительственные планы о введении в России всеобщей воинской повинности стали достоянием общественности. Через две недели были образованы две комиссии: одна - для разработки «Положения о воинской повинности», другая - для составления «Положения о запасных, местных и резервных войсках и государственном ополчении». Председателем обеих комиссий назначался начальник Главного штаба генерал-адъютант Ф.Л. Гейден. Общее руководство их работой возглавил Д.А. Милютин. Комиссия о воинской повинности была подобрана из представителей различных министерств и ведомств. На ее заседания приглашались представители не только высшей бюрократии, но и разных сословий.

В своих воспоминаниях Д.А. Милютин рассказывает о положительной реакции, «сочувствии» общества на известие о предстоящих правительственных мерах и о «патриотическом одушевлении», охватившем его. Приведем выдержку из его воспоминаний: «Со всех углов империи, от земств, городов, дворянских собраний, разных учреждений и даже от отдельных личностей получались на имя Государя адресы и телеграммы с выражением полного сочувствия к предположенной великой государственной мере. Получал и я лично от многих поздравительные письма и телеграммы <...> Не было ни одного голоса в защиту отменяемых сословных привилегий. Общественное мнение на этот раз вполне верно оценило благотворные последствия принимаемой важной государственной меры -привлечения всех сословий к "священной обязанности защиты отечества"»4. Действительно, печать сообщала о поддержке предстоящей реформы. Например, по мнению газеты «Голос», «прежние способы комплектования армий, лежавшие исключительно на одном низшем сословии», изжили свой век, были «уже и недостаточными и несоответствующими духу времени». Опасения же, что «введение общей военной повинности обратит государство в военный стан, водворит в нем гнет, убьет просвещение», газета считала необоснованными. Наоборот, привлечение «к обязательной службе образованных слоев населения» должно было значительно повысить «нравственный дух армии и населения»5. Прощаясь с рекрутчиной, «с той «некрутчиною», которая стоила ужасов, страданий, стонов народа, которая погребала заживо человека», отрывала его от семьи, от привычного быта, некоторые авторы заметок рисовали радужные картины будущей воинской службы. Дескать, теперь-то служба превратится в «легкую кратковременную побывку, мало чем отличающуюся и качеством и временем от побывки на далеких заработках». Военное же образование и «искусство владеть оружием» станет

частью воспитания, «мало чем отличающейся», например, от «гимнастических упражнений». С привлечением в армию привилегированных и образованных классов военный быт освободится «от той суровости отношений» и муштры, которые превращали «разумные существа в бездушные машины». И слово «рекрут», и даже слово «солдат» канут в прошлое. А для новой системы найдется и «свежее слово»6.

На имя императора направлялись всеподданнейшие адреса. Одним из первых отреагировало уфимское дворянство, которое, «сознавая великое государственное значение распространения на все сословия участия в защите дорогого отечества», выразило чувство «благоговения пред великими преобразованиями» и «готовность жертвовать жизнью и имуществом для счастья и благоденствия» России7. Начальник московского жандармского управления генерал-майор Иван Слезкин в конфиденциальном письме 8 ноября 1870 г. сообщил начальству о том восторженном «чувстве удовлетворенного ожидания», какое охватило здешнее дворянство после обнародования высочайшего манифеста. По его сведениям, собравшиеся в доме своего губернского предводителя князя А.В. Мещерского представители московского дворянства собирались подать царю всеподданнейший адрес, в котором, кроме выражения чувств благодарности, хотели «испросить высочайшее разрешение» обсудить в земских собраниях вопрос о применении «вооруженной силы к потребностям земства <...> для охраны в уезде порядка и безопасности» путем преследования воров, грабителей и т.д.8 Только в ноябре 1870 г. телеграммы с выражением верноподданнических чувств были направлены в Петербург от земств Курской, Орловской, Псковской, Тамбовской, Тверской и ряда других губерний, городских обществ Владимира, Вильно, Кронштадта, Минска, Пскова, Саратова, всех сословий Нижегородской губернии, жителей Петрозаводска и других мест9.

В ряде случаев, наряду с выражением сочувствия предстоявшей реформе, в адресах содержались слова поддержки известного циркуляра министра иностранных дел А.М. Горчакова, отправленного в российские посольства 19 октября, в котором он объявил об одностороннем отказе России соблюдать статьи Парижского договора 1856 г., ограничивавшие ее права на Черном море. В представлении части общества оба эти документа были взаимосвязаны, так как ожидалось, что вслед за циркуляром А.М. Горчакова Европа начнет бряцать оружием, и, дескать, для того только, чтобы быть готовым к подобному развитию событий, Александр II объявил о призыве всех сословий в армию. Не случайно поэтому 19 ноября 1870 г. в газете «Русский инвалид» появилась статья, которая, по словам Д.А. Милютина, должна была «устранить всякую мысль о том, что» царское указание перейти к всеобщей воинской повинности было «вызвано современными политическими обстоятельствами, а вместе с тем предупредить неправильные и превратные толки в публике о способах осуществления Высочайшей воли, выраженной в самых общих чертах»10. В статье особо подчеркивалась мысль о том, что предстоящая реформа была «вызвана не случайными обстоятельствами данной минуты, а потребностями всего» будущего России, «прямо вытекающими» из предыдущих реформ и тех изменений, которые произошли в Европе. Безопасность же государства будет строиться на «новых началах», в основе которых служба не «одного какого-либо сословия», а «равномерное» участие «в военной повинности всех сословий государства, и на готовности их, в случае войны, усилить значительные ряды армии и образов

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «История. Исторические науки»