научная статья по теме «ИСТОРИЯ ИМПЕРАТОРСКОГО МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА» С.П. ШЕВЫРЁВА: ОТ СКАНДАЛА К ЮБИЛЕЮ История. Исторические науки

Текст научной статьи на тему ««ИСТОРИЯ ИМПЕРАТОРСКОГО МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА» С.П. ШЕВЫРЁВА: ОТ СКАНДАЛА К ЮБИЛЕЮ»

половины 1820-х - начала 1830-х гг. объём власти главы учебного округа62, а также личные связи и статус позволяли Строганову не только участвовать в делах университетского сообщества, но и вести достаточно автономную от министерства политику. В результате в ходе интенсивного строительства государственной системы управления университетами, в контексте ускоренного создания «русской науки» и «русского просвещения» мирового уровня, в ходе кадровых чисток «учёных сословий» рождался новый тип университетского человека с западными знаниями, национальным сознанием и верой в просвещённое правительство.

62 См. подробнее: Вишленкова Е.А., Галиуллина Р.Х., Ильина К.А. Русские профессора: университетская корпоративность vs. профессиональная солидарность. М., 2012. С. 46-65; Ильина К.А. «Рассадники просвещения»: метаморфозы назначений попечителей в учебные округа России первой трети XIX века // Уроки истории - уроки историка... С. 227-234.

«История Императорского Московского университета»

С.П. Шевырёва: от скандала к юбилею

Вадим Парсамов

«История Императорского Московского университета, написанная к столетнему его юбилею 1755-1855» профессором С.П. Шевырёвым, - первая история российского университета. Уже в силу данного обстоятельства она стала неотъемлемой частью самой этой истории, и почти все отечественные авторы, пишущие на близкие темы, неизменно обращаются к труду Шевырёва как к некоему эталону университетской истории1. Современный историк Ф.А. Петров называет «заслуги Шевырёва в изучении истории Московского университета» «в настоящее время никем не оспариваемыми», правда при этом добавляет, что «порой "История" Шевырёва выглядит излишне риторично»2. Эта риторичность, как правило, относится на счёт юбилейного характера текста и воспринимается как что-то внешнее, не имеющее прямого отношения к трудоёмкой

© 2015 г. B.C. Парсамов

В статье использованы результаты работы над проектом «Практики аттестации и присвоения учёных степеней в европейских университетах Нового времени», выполненным в рамках программы фундаментальных исследований НИУ «Высшая школа экономики» в 2014 г.

1 Петров Ф.А. С.П. Шевырёв - профессор истории российской словесности в Московском университете. М., 1999; АлексееваЕ.Д. С.П. Шевырёв и столетний юбилей Московского университета // Вестник Московского университета. Серия 8. История. 2004. № 2. С. 106-121; она же. «Мы дела "Шевырёвского" не могли оставить...» (О подготовке к празднованию 100-летнего юбилея Московского университета) // Там же. 2005. № 4. С. 3-32; Кулакава И.П. Протоколы конференции Московского университета второй половины XVIII века: История создания и использования. Препринт. М., 2013; Вишленкова Е.Л. Университетский XIX век в России: Дискурсивная история // Изобретение века: проблемы и модели времени в России и Европе XIX столетия. М., 2013. С. 297-301.

2 Петров Ф.А. Указ. соч. С. 41.

работе, проделанной автором над большим количеством разнообразных источников. Неоднократно отмечался официальный тон шевырёвской «Истории», её связь с теорией официальной народности и т.д.3

Присоединяя к термину «история» эпитет «юбилейная» или «официальная», мы тем самым как бы признаём, что перед нами не совсем история в её подлинном виде. И отношение к ней во многом зависит от отношения к официальной пропаганде, являющейся в данном случае важнейшим критерием оценки. Так, например, Н.Г. Чернышевский, первый отозвавшийся в печати на книгу Шевырёва, сразу же обратил внимание читателей на то, что в ней «почти исключительно преобладает официальный тон». Поэтому Шевырёв, по мнению Чернышевского, стал летописцем, а не историком университета, и как летописец подчинил изображение событий не их внутренней логике, а влиянию внешних обстоятельств, представив развитие университета как результат воздействия на него «различных сановников». «Конечно, - иронично добавляет автор, - таким планом много был облегчён труд составления книги»4, намекая на то, что прагматическая, т.е. подлинная, история Московского университета, связанная с его культурной ролью и зависящая в первую очередь от людей науки, а не от чиновников, в то время появиться не могла.

Это прекрасно понимал и сам Шевырёв, когда писал М.П. Погодину всего через год после юбилея, но уже в совершенно другую эпоху: «В отношении к университету я грешен: я мало сознал грехи его. Но университет был тогда в опале: как же в день столетних именин было нападать на него? Я ему ещё скажу правду - и считаю это обязанностью»5. Сам факт того, что автор откровенно признаёт неправдивость своей истории, свидетельствует о вполне осознанном конструировании прошлого. Шевырёв не просто создаёт текст таким, каким считает нужным, он пишет его, обращаясь к вполне реальному читателю - Николаю I. Ему посвящён этот труд, представляющий собой историю университета Его Императорского Величества, изложенную как дело его предков, перешедшее к нему по наследству и продолженное достойным образом. Стремление прославить монархов, и особенно царствующего в то время Николая, как просветителей народа и покровителей университета уже само по себе делает неизбежным преобладание риторических штампов над объективно-беспристрастным изложением фактов. Таким образом риторичность становится не украшающим дополнением к самой истории, а конструирующим принципом построения текста.

Выбор царя в качестве адресата было бы неверно объяснять лишь сервилизмом Шевырёва, в чём его нередко упрекали оппоненты. В начале 1850-х гг., когда он приступил к работе над «Историей», за этим стояло вполне искреннее желание защитить университет от тех нападок, о которых он позже упомянул в цитируемом выше письме к Погодину. Дело в том, что в 1849 г., примерно за год до того, как было принято решение праздновать столетний юбилей Московского университета, вокруг последнего вдруг возник скандал, выплеснувшийся в печать. Этому предшествовала довольно долгая история. В ноябре 1847 г. был отправлен в отставку попечитель Московского учебного округа

3 Подробнее см.: Жукова А.Н. История Императорского Московского университета в контексте официальной идеологии Николаевской эпохи (URL: http://sibac.info/mdex.php/2009-07-01-10-21-16/1332).

4 Там же. С. 27.

5 БарсуковН.П. Жизнь и труды М.П. Погодина. Кн. 14. СПб., 1900. С. 522-523.

С.Г. Строганов, имевший репутацию «просвещённого вельможи» и пользовавшийся уважением в университетской среде6. Причиной отставки послужило нежелание считаться с циркуляром от 27 мая 1847 г., разосланным по университетам министром просвещения С.С. Уваровым. В основе этого циркуляра лежало противопоставление русской народности остальному славянскому миру: «Всё, что мы имеем на Руси, принадлежит нам одним, без участия других славянских народов». В соответствии с этим преподавателям предлагалось осуществлять «возбуждение духа отечественного не из славянства, игрою фантазии созданного, а из начала русского, в пределах науки, без всякой примеси современных идей политических»7. Циркуляр, как известно, был продиктован чисто политическими соображениями, вызванными негативной реакцией Николая I на распространявшиеся в России идеи славянского единства. Но в то же время он противоречил Уставу 1835 г., согласно которому в университетах должна была в обязательном порядке преподаваться «История и литература славянских наречий»8. Газета «Молва», издаваемая Н.И. Надеждиным, писала по этому поводу: «К числу важнейших нововведений по части учебной принадлежит учреждение особой кафедры славянских наречий в словесном отделении философского факультета. Это обещает новую эру для русского языка и русской литературы»9. Тогда с этим связывалось повышение уровня знаний. Теперь же Уваров, развернувшись на 180 градусов, заклинал: «Да слышится в университетах имя русского, как слышится оно в русском народе, который, не мудрствуя лукаво, без воображаемого славянства, сохранил веру отцов наших, язык, нравы, обычаи, всю народность»10.

С.Г. Строганов в резкой форме отказался выполнять предписание министра, что вызвало негативную реакцию Николая I11. Уваров со своей стороны, желая продемонстрировать собственную власть над гордым аристократом, в октябре 1847 г. приостановил готовящийся к печати перевод записок Флет-чера о России. Перевод делался Обществом истории и древностей российских по личному распоряжению Строганова, бывшего председателя этого общества. Основанием для запрета послужил донос Шевырёва, вставшего на сторону Уварова12. Строганов, по его собственным словам, «не чувствуя себя способ-

6 Подборку высказываний современников о С.Г. Строганове см.: Петров Ф.Л. Формирование системы университетского образования в России. Т. 4: Российские университеты и люди 1840-х годов. Ч. 1. Профессура. М., 2003. С. 127-134; 433-436.

7 Уваров С.С. Избранные труды. М., 2010. С. 500.

8 ПСЗ-11. Т. 10. Отд. 2. СПб., 1836. С. 842.

9 Молва, газета мод и новостей. Ч. 11. М., 1836. С. 3.

10 Уваров С.С. Указ. соч. С. 501.

11 Шеф жандармов А.Ф. Орлов вернул Строганову его письмо со следующей резолюцией: «Государь император, прочитав донесение Вашего сиятельства к министру народного просвещения, изволил возвратить к Вам означенное, при сём прилагаемое, донесение Ваше, поставив Вам на вид, что Вы никогда ни под каким предлогом не должны были выходить из надлежащего уважения к Вашему начальнику; а с тем вместе вменить Вам в обязанность, чтобы Вы немедленно исполнили данное Вам господином действительным тайным советником графом Уваровым, предварительно одобренное Его Императорским Величеством, циркулярное предписание о славянофилах» (Веселовский К.С. Отголоски старой памяти // Русская старина. 1899. Т. 100. Октябрь. С. 11).

12 По свидетельству А.В. Никитенко, «Шевырёв, некогда ухаживавший за Строгановым, теперь представил министру, как неблаговидно в данную минуту печатать Флетчера и как дурно делает Строганов, допуская это» (Никитенко А.В. Дневник. В 3 т. Т. 1. 1826-1857. М., 1955. С. 313).

ным оставаться безгласным исполнителем его направлений», подал в отставку и переехал в Петербург, «оставаясь отныне открытым врагом Уварова»13.

Гневом С

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «История. Исторические науки»