научная статья по теме К.И. ЧУКОВСКИЙ КАК НОСИТЕЛЬ ЭЛИТАРНОЙ РЕЧЕВОЙ КУЛЬТУРЫ Языкознание

Текст научной статьи на тему «К.И. ЧУКОВСКИЙ КАК НОСИТЕЛЬ ЭЛИТАРНОЙ РЕЧЕВОЙ КУЛЬТУРЫ»

К.И. Чуковский как носитель элитарной речевой культуры

© М.А. ЛАППО, кандидат филологических наук

К.И. Чуковский представлен автором статьи как элитарная языковая личность. При анализе на первый план выдвигаются информационный, нравственный и психологический компоненты элитарной речевой культуры.

Ключевые слова: тип речевой культуры, элитарная языковая личность, эмотивно-оценочный дискурс, дневник, К.И. Чуковский.

В статье «Кого можно назвать носителем элитарной речевой культуры?» [1] были проанализированы критерии определения элитарной языковой личности, описываемые в трудах таких известных русистов, как Н.И. Толстой, О.Б. Сиротинина, В.Е. Гольдин, В.П. Нерознак, К.Ф. Седов, В.И. Карасик, Н.Д. Голев, М.Я. Дымарский. Так, в качестве ведущих критериев мы выделили ортологический, информационный, жан-рово-стилистический, риторический, коммуникативный, нравственный, психологический. При этом элитарная языковая личность в полной мере владеет всеми стилями, создает тексты разных жанров и тематической направленности, что позволяет считать ее представителем «полнофункциональной речевой культуры» (термин О.Б. Сиротининой, В.Е. Гольди-на). Говоря иначе, у элитарной языковой личности имеются потребность и способность создавать научные, публицистические, художественные тексты (помимо ежедневных естественных разговорных дискурсов и редких вынужденных официально-деловых текстов).

Автобиографические тексты, особенно беллетризованного характера, заполняют нишу литературно-художественного стиля. К ним можно отнести мемуары, автобиографические рассказы, повести и романы, а также опубликованные записные книжки, письма и дневники. Дневники необязательно носят личный, интимный характер. Вспомним «Дневник писателя» Ф.М. Достоевского. В XXI веке в Интернете появился и моментально оказался востребованным Живой Журнал, ЖЖ (англ. LiveJoumal), глобальное сообщество онлайн-дневников, где авторы публикуют тексты преимущественно автобиографического характера. Из подобных публикаций у некоторых из них затем образуются печатные книги.

Важными психологическими чертами элитарной языковой личности являются склонность к серьезной работе над собой, установка на преодоление трудностей и достижение высоких результатов в деятельности, стремление к оригинальности, к литературному творчеству, к роли объединяющего в группе.

К.И. Чуковский оставил след в русской культуре как поэт, прозаик, переводчик, публицист, литературный критик, журналист и литературовед, автор самых разнообразных текстов по жанровой и стилистической принадлежности. Материалом для данной статьи послужил его «Дневник», который он вел на протяжении всей жизни (так, в 2011 году были опубликованы его дневники за 1901-1969 годы). Посмотрим, как раскрываются в дневнике отдельные характеристики элитарной языковой личности.

Лингвист Т. А. Трипольская приходит к интересным выводам: К.И. Чуковский как языковая личность «отличается высокой степенью эмоциональности, которая регулярно вербализуется в эмотивно-оце-ночном дискурсе» [2. С. 356]. При этом в сфере эмотивно-оценочной деятельности автора отмечаются динамические процессы: дискурс второй части дневника более насыщен эмотивно-оценочной лексикой и содержит приблизительно втрое большее количество прямых и косвенных оценочных актов, а эмотивно-оценочные значения в речевых актах, зафиксированных в дневнике, качественно меняются в сторону интенсификации. В то же время замечено, что с возрастом у К.И. Чуковского «сокращаются вербализованные оценки в реальной коммуникации» [Там же. С. 404]. Это значит, что «в прямой зависимости находятся процессы реального эмотивно-оценочного дискурса и эмотивно-оце-ночная речь во внутреннем монологе или тексте дневника» [Там же. С. 405]. Можно прийти к выводу о том, что для К.И. Чуковского записи в дневнике были вариантом компенсаторного поведения: он анализировал поступки людей, давал им оценки, ведя разговор с самим собой, а с не с ними.

Многие люди, близко общавшиеся с Корнеем Ивановичем, отмечают его вспыльчивость, эмоциональное реагирование на "глупые" поступки людей. Например, искусствовед И.А. Бродский вспоминал: "Однажды в разгаре какого-то спора Корней Иванович набросился на меня:

- Вот вы, молодой человек двадцатого столетия, что вы думаете о Некрасове? Читаете ли вы его? Любите ли? Что помните? (...)

Я стал читать монотонно, нараспев "Размышления у парадного подъезда", но Чуковский гневно прервал меня и закричал:

- Так нельзя читать Некрасова!» [3. (Курсив наш)].

Однако подобные описания менее характерны для Чуковского в зрелом возрасте: при непосредственном общении с неприятными для себя людьми он скорее был сдержан и учтив.

К.И. Чуковский был пристрастным критиком как в профессиональной деятельности, так и в обыденных жизненных ситуациях. В «Дневнике» негативную оценку получают прежде всего ленивые, малообразованные, глупые, бесталанные, подлые и грубые люди, поведение которых неприемлемо для К.И. Чуковского: таким личностям он себя противопоставляет и часто находится с ними в состоянии открытого или скрытого конфликта. Т.А. Трипольская подробно анализирует следующие аспекты негативной оценки автора: а) интеллект; б) талант; в) морально-нравственные свойства человека. В содержании дневника рациональность и эмоциональность сопутствуют друг другу. При этом эмоциональность интонационного рисунка внутренней речи автора часто выражается с помощью пунктуационных средств, например: «Мы только что были в "Вене", обедали с Омегой, Головковым и Случевским (какие непохожие, ненужные мне и друг другу люди!), а потом пошли к Чюминой» (04.02.06). Здесь, во вставной конструкции совмещаются рациональная оценка, представленная лексемами непохожие, ненужные, и эмотивная, выраженная восклицательным знаком.

Характеризуя чуждых себе людей и их поведение, К.И. Чуковский прикладывает много вербальных усилий. Т.А. Трипольская отмечает множество словообразовательных и семантических новообразований в тексте дневника, вот некоторые из них:

клинические речи, книги - безнадежно глупые, бездарные; домотканый - невысокого художественного уровня, не относящийся к лучшим образцам культуры; неодаренный, примитивный, малообразованный;

рапповщина, раппы - невежество, необразованность, нетворческий характер деятельности, неталантливость;

пережевывать - повторять уже сказанное в науке или искусстве, неновое, неоригинальное;

пепельно-скучный - серый, неинтересный, такой, в котором нет проблесков таланта или оригинальности;

передвижники (захиревшие передвижники) - энтузиасты, подменяющие энергией и старанием талант и оригинальность, вульгарно понимающие реализм в искусстве;

середняк, художник-середняк, середняк-художник - серый, неоригинальный, малоодаренный художник [2. С. 361-363].

Как видим, новообразования связаны прежде всего с описанием неталантливых, бездарных «произведений искусства» и их авторов.

Позитивно оцениваемые персоны составляют для К.И. Чуковского референтную группу мастеров слова, до которых, как он считает, ему нужно «расти и расти».Чаще всего в дневнике с восхищением описываются А. Блок, Н. Гумилев, А. Твардовский, А.П. Чехов, У. Уитмен. Последнему он посвятил свой сборник эссе и переводов «Мой Уитмен»

(1-е изд. - 1966 г., 2-е изд. - 1969 г.). А вот как, например, он метафорически отображает свое эмоциональное отношение к А.П. Чехову: «Сейчас сяду писать о Чехове. Я Чехова боготворю, таю в нем, исчезаю и потому не могу писать о нем - или пишу пустяки» (ок. 10.02.14).

Т.А. Трипольская задается вопросом, кого следует отнести к референтной группе К.И. Чуковского: «Если исходить из положения, что мы оцениваем себя с точки зрения других (М.М. Бахтин), то следует выяснить, кто же для Чуковского "другие", к которым он принадлежит и субъективно себя относит (референтная группа - в психологических работах по самооценке)» [2. С. 390]. Далее она приводит контекст, в котором самоидентификация автора осуществляется наиболее четко:

«Почему между мной и Чеховым должен стоять запуганный и в то же время нагловатый чиновник. Я микроскопический, недостойный, но несомненный наследник Чеховых, Тургеневых, Бунина, Куприна, я целыми днями думаю о них, о своих законных предках, а не о каких-то невежественных и бездарных Егорычевых» (11.12.64).

Обратим внимание на то, что при некотором самоуничижении (микроскопический, недостойный) имеется абсолютная убежденность автора в том, что он относится к заявленной категории русских писателей (несомненный наследник). Такое сочетание сомнения и уверенности, на наш взгляд, в большей степени проявляет переживания говорящего по поводу своей референтной группы: «знаю, что я отношусь к этой группе, но пока отношусь не в полной мере, поэтому буду бороться за полноправное место в ней». Как видим, самооценка в дискурсе дневника является зеркальным отражением позитивной оценки других людей.

Любопытно, что К.И. Чуковский запоминает случай, когда А. Твардовский выражает самооценку-самоидентификацию, интерпретируя лексему поэт: «С Твардовским несколько длинных разговоров. "Ненавижу я слово: творчество. Совестно говорить про себя: я живу в доме творчества. Мне дана творческая командировка" и т.д. Я даже слово поэт не смею применить к себе. А теперь сплошь говорят: "мы, трое поэтов".» (03.09.61).

Аналогичное трепетное отношение к слову писатель обнаруживаем в дневниковой записи в связи с собой: «Вы обо мне пишете, как о писателе, и даже, пожалуй, хорошем. Но, милая, ведь это неверно, ведь я еще ни одной строчки не написал и не напишу, и не хочу написать, - т.е. очень хочу, но до того знаю, что не напишу, что уж даже и не хочу. Я только притворяюсь перед другими, будто я "писатель" и будто "Чуковский" -это что-то такое. Но пред собою, пред своими зачем же я стану притворяться!» (17.07.09). Здесь слово писатель, средство самоидентификации (описания принадлежности к социальной группе), актуализирует

коннотативные смыслы, а именно компонент сверхпозитивной оценки, подтверждая идею о том, что номинативная единица языка способна обладать высоким квалификативным потенциалом.

Позитивную сам

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «Языкознание»