научная статья по теме ШКОЛА И ШКОЛЬНИК В КИТАЙСКОЙ КОНЦЕПЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ: ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ История. Исторические науки

Текст научной статьи на тему «ШКОЛА И ШКОЛЬНИК В КИТАЙСКОЙ КОНЦЕПЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ: ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ»

ЭО, 2012 г., № 5

© А.А. Закурдаев

ШКОЛА И ШКОЛЬНИК В КИТАЙСКОЙ КОНЦЕПЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ: ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Ключевые слова: школа, школьник, гаокао (экзамен), каоши пай мин (ранжирование), рейтинг, чжуанъюань (выдающийся отличник), неравенство, суеверия

Настоящая статья посвящена изучению школы и школьника в контексте китайской концепции образования. Исследование показало, что связь современной сферы образования с государственной властью осталась в рамках традиционных представлений, и это не только определило специфический характер образования, но и явилось условием формирования одной из черт национального характера современного китайца.

Во время работы в 2010-2011 гг. в государственной организации "Жэньминь хуа-бао" (Пекин) мне пришлось столкнуться с весьма неадекватным, на мой взгляд, подходом: руководители время от времени сравнивали меня с другими сотрудниками. Казалось бы, серьезное учреждение, в котором работает квалифицированный персонал, знающий свое дело и ответственный за него. К чему здесь регулярное сопоставление кадров? Начальники не раз ставили в пример определенные моменты в поведении китайских коллег-сверстников, игнорируя не только национальные стереотипы поведения иностранца, но и правила деловой межкультурной коммуникации. Почему иностранец оказывается втянутым в систему отношений сравнительного типа? Конечно, со своим уставом в чужой монастырь не ходят, но не совсем понятно, зачем так открыто навязывать определенную модель поведения, приводя поведение китайских коллег в качестве образца. Что это - индивидуальный каприз или объективная реальность? Тогда не удалось ответить на этот вопрос. Однако со временем, по мере осознания и аналитической обработки собранного материала, я постепенно пришел к выводу, что истоки подобного отношения можно найти, обратившись к изучению детства китайцев и системы китайского образования.

Школа, школьное образование, школьная культура, школьник - все это является традиционным предметом исследования таких социальных наук, как педагогика, психология, этнология, социология, история. Соответствующие подходы позволяют вскрыть специфические аспекты этих феноменов. Школа и школьник в контексте китайской культуры в основном представлены в трудах отечественных китаеведов. Прежде всего следует сказать о Н.Е. Боревской, наверное, единственном в России китаеведе - специалисте в этой области. Она написала ряд работ, посвященных вопросам образования в Китае: "Школа в КНР. 1957-1972" (1974), "Очерк истории школы и педагогической мысли в Китае" (2002), "Система императорских экзаменов в Китае" (2007), "Национальная специфика образования в эпоху глобализации: поможет ли нам опыт КНР?" (2008). Среди других специалистов, которые обращались к данной тематике, известен Д.Н. Воскресенский, написавший статью "Человек в системе государственных экзаменов" (1974). В своей книге "Китай: страницы прошлого" (2000) В.Я. Сидихменов посвятил отдельную главу школе и образованию в старом Китае.

Алексей Александрович Закурдаев - к.и.н., научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН; e-mail: zhongguo56@mail.ru

Фрагментарные сведения есть и в работе К.М. Тертицкого "Китайцы: традиционные ценности в современном мире" (1994).

С точки зрения социальной антропологии/этнологии изучение темы образования не может ограничиваться ее структурными составляющими и соответствующей социологической статистикой. Образование, выступающее в качестве социально-культурного явления, следует изучать как многофункциональную и зависимую от других социально-культурных сфер структурообразующую и социоорганизующую систему, без связи которой с различными сторонами жизни общества нельзя понять ее роль и степень социальной значимости. Кроме того, любой аспект жизнедеятельности общества невозможно рассматривать без учета его основного субъекта - человека. Без выраженного в материальном или духовном виде индивидуального отношения человека к тому или иному явлению трудно постичь степень важности и укорененности данного феномена в культуре общества.

Предметом настоящего исследования является ребенок-школьник в контексте китайской концепции образования. Автор применяет историко-функциональный подход, позволяющий выявить социально-культурную роль образования в жизни китайца.

Были поставлены следующие задачи:

1. Определить связь современного образования и власти.

2. Показать, как иерархия во власти проецируется на сферу образования.

3. Выявить социально-культурную роль и значение образования в жизни китайца.

Для решения задач автор обратился к изучению научных трудов: "Система кэцзюи1

и культура Нового времени" доктора исторических наук, профессора Института социальной истории Фуцзяньского педагогического университета Яна Цифу, и "Исследование системы кэцзюй в Китае" доктора исторических наук, профессора Пекинского педагогического университета Вана Бинчжао (1934-2009). Кроме этого, появилась необходимость в изучении юридических источников, регламентирующих отношения в сфере современного образования, - Закона КНР "Об обязательном образовании" (1986) и Закона КНР "Об образовании" (1995). Важным материалом при написании данной статьи стал "Научно-исследовательский отчет о китайских студентах, получивших наивысшие экзаменационные баллы при вступлении в вуз", опубликованный на сайте Ассоциации выпускников Китая в 2009 г. Весьма полезными оказались результаты общегосударственного обследования, посвященного самоубийствам школьников (2005). В ходе решения третьей задачи были использованы материалы этнографически интересной статьи "Многочисленные рассуждения о суевериях, связанных с гаокао"2, опубликованной на самом передовом в китайском Интернете сайте Sohu.com. В настоящую работу также включены материалы наблюдений и бесед с китайцами.

Представляется, что статья будет особенно интересна тем, кто занимается вопросами социальной антропологии детства и этнографией Китая.

* * *

В китайском языке существует выражение "ван цзы чэн лун"3 - «надежда на то, что сын станет "драконом"». Эта идиома глубоко вошла в духовную жизнь народа. Она отражает чаяния родителей о будущем своего ребенка и семьи в целом. Поэтому именно с данного фразеологизма стоит начать исследование. Ключевыми словами выражения являются "сын" и "дракон". В прошлом дракон считался символом власти, знатности, уважения и счастья. Ныне он олицетворяет собой знаменитость, яркую, талантливую личность. По аналогии с идиомой, имевшей отношение к сыновьям, появилась другая: "ван нюй чэн фэн" - «надежда на то, что дочь станет "фениксом"». Феникс так же, как и дракон, олицетворяет успешного человека, прославившегося способностями и деяниями.

Надежда на то, что дети будут выдающимися людьми, проходит красной нитью через китайскую концепцию воспитания и образования. В связи с этим стоит рассказать об одном предании4, к которому восходит идиоматическое выражение "ван цзы чэн лун":

Жил-был министерский советник, у которого не было сына. Однажды он отправился в храм, чтобы воскурить в честь богини Гуаньинь5 благовония и попросить у нее сына. Прошло некоторое время, и когда супруге советника исполнилось сорок лет, она забеременела. Пока она была в положении, для ребенка изготовили нефритовый жезл6, известили родственников. Радость была поистине велика. В семь месяцев малыш умел сидеть, в восемь - ползать, а в девять у него стали резаться зубки. В десять месяцев он сделал первые шаги и сказал первые слова. Семья была на седьмом небе от счастья, а уж советник тем паче. Он с большим усердием принялся воспитывать сына. В три-четыре года малыш освоил письмо и сочинение, уверенно отвечал на вопросы отца. Наконец настал момент, когда отец, министерский советник, уже не мог научить своего сына чему-либо, а потому поспешил взять его на испытание кэцзюй. В связи с тем, что ребенок был очень мал, он не смог переступить порог экзаменационного зала. Тогда отец посадил его на свою шею и вошел в зал. Однако чиновник-экзаменатор, который регистрировал и раздавал экзаменационные вопросы, увидев человека, несущего на своей шее ребенка, с удивлением спросил: "Что за человек, несущий на шее ребенка, будет сдавать экзамен?". Услышав этот вопрос, ребенок тут же сказал в ответ: "Тот, кто несет, не сдает экзамен. Тот, кто сдает экзамен, не несет [бремя. - А.З.]. Хотя ритуал и остался без почтения, но чувство [любви отца к сыну. - А.З.] - истинно". Сказав это, ребенок сложил руки перед грудью и поприветствовал ошеломленного чиновника (Словарь... 2000).

По моему мнению, эта история наглядно показывает, на что способен родитель ради карьерного продвижения ребенка и прославления своей фамилии. Отец, заботясь об интересах семьи и будущем своего сына, готов нарушить ритуал - ту основу, на которой зиждется социально-культурная жизнь китайского общества. Отца не волнует, что кто-то может сказать об этой ситуации: "ци фу вэй ма" - "верхом на папе, как на лошади". Для него не существует "потери лица", ведь нарушение ритуала оправдывается его сильным желанием "превратить" своего сына в "дракона".

Почему китайские родители так сильно хотели, чтобы их дети непременно успешно сдали государственные экзамены и приобрели самый высокий образовательный уровень? Ответ на этот вопрос очевиден. Как известно, в древнем Китае самым привилегированным сословием, охраняющим конфуцианские ценности, на которых основана государственная власть, являлись шэньши. Чтобы стать хранителем основ социальной и политической стабильности общества, необходимо было пройти соответствующее обучение и сдать государственные экзамены. Кандидат в сословие шэньши стремился отвечать всем требованиям "цзюньцзы" - конфуцианского идеала "благородного мужа". В награду за это человек приобретал знатность, влиятельность и, несомненно, материальное благополучие. Стоит ли удивляться, что во второй половине XIX в. на долю шэньши и их семей (около 2% от общей численности населения Китая) приходилась почти четверть национального дохода страны (Крюков и др. 1993: 53). Как видно, в иной мотивации нет необходимости. Образовательная система Китая я

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «История. Исторические науки»