научная статья по теме Т.И. ОЙЗЕРМАН. АМБИВАЛЕНТНОСТЬ ФИЛОСОФИИ. М.: КАНОН+ РООИ РЕАБИЛИТАЦИЯ, 2011, 400 С Философия

Текст научной статьи на тему «Т.И. ОЙЗЕРМАН. АМБИВАЛЕНТНОСТЬ ФИЛОСОФИИ. М.: КАНОН+ РООИ РЕАБИЛИТАЦИЯ, 2011, 400 С»

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ

Т.И. ОИЗЕРМАН. Амбивалентность философии. М.: "Канон+" РООИ "Реабилитация", 2011, 400 с.

Редкое удовольствие для профессионального историка идей - читать историко-философскую книгу, содержащую не только изложение известных или, наоборот, основательно забытых концепций прошлого, и даже не только изложение и дополняющий его анализ, но и рефлексию по поводу этого анализа, а также по поводу природы философского знания как такового.

Книга Теодора Ильича Ойзермана "Амбивалентность философии" - произведение именно такого рода. Это полемический и глубокий текст, который хочется обсуждать и с которым хочется спорить. Книга содержит несколько глав, посвященных рассмотрению идей влиятельных философов. Здесь есть глава о Руссо, глава о Канте и Гегеле, глава о Фихте и Шопенгауэре (где обсуждаются их амбивалентные оценки Канта), о марксистской философии и несколько глав о Ницше, где обзорно рассматриваются его основные сочинения, от "Рождения трагедии" до "Ecce Homo". В заключении книги обсуждаются также философские идеи Гольбаха и Ламетри.

Подбор персонажей не случаен, но он мотивирован не представлением, к примеру, о прогрессе европейской мысли от Руссо до Ницше, а иными обстоятельствами, к которым отсылает само название монографии. Все упомянутые мыслители интересуют автора в связи с амбивалентностью, присущей их философским рассуждениям. Он вскрывает эту амбивалентность, уточняет ее природу и говорит о ее значении. Т.И. Ойзерман считает, что амбивалентность -широко распространенная, а быть может и сущностная характеристика философского дискурса, и ему важно продемонстрировать это на примере самых разных типов и стилей философствования. Именно поэтому - для полноты картины - он говорит в заключении о материалистических системах Гольбаха и Ламетри. Без этого, полагает он, могло бы показаться, что амбивалентность присуща только идеалистической философии: амбивалентности одного лишь марксизма недостаточно для обобщений.

Но что же такое, с точки зрения Т.И. Ойзер-мана, амбивалентность и чем она интересна для историка философии? Рассуждения о ней начинаются в очень широкой перспективе. Это "диа-

лектическое отношение", присущее не только человеческому познанию, но и самому бытию. Если бытие амбивалентно, то хорошая теория бытия тоже должна быть таковой. Амбивалентность, с точки зрения автора книги, пронизывает даже самые элементарные философские понятия и человеческие отношения, в том числе моральные.

Примеры, которые приводит Т.И. Ойзерман, впрочем, не позволяют четко зафиксировать его позицию относительно существа амбивалентности. Так, он говорит об амбивалентности понятия объективности как чего-то независимого от человеческого сознания, замечая, что она вместе с тем определяется через отношение к человеческому сознанию. Из этого примера можно было бы заключить, что амбивалентность для Т.И. Ойзермана - что-то вроде парадоксальности или хотя бы ее видимости. Но его позиция в другом. Парадоксальность в философии, когда, к примеру, мыслитель доказывает тезис, расходящийся с обыденными представлениями, это еще не амбивалентность. Амбивалентность появляется тогда, когда выводы философа расходятся не с обыденными взглядами, а с его собственными суждениями. Такое рассогласование может быть мнимым. Однако даже если так, в подобных случаях все равно можно говорить о неясности и двусмысленности. Но применим ли, по Ойзерману, к таким ситуациям термин "амбивалентность"? Судя по всему - нет, так как автор утверждает, что амбивалентность имеет место в случае противоречий, причем истолкованных в сильном, логическом смысле (см. с. 10-11).

Нельзя сказать, что эти взгляды выражены Т.И. Ойзерманом без оговорок. В одном месте он, к примеру, отмечает, что философские системы амбивалентны уже потому, что большинство из них догматично, и догматичность эта проявляется, в частности, в том, что их авторы зачастую полагали, что они пришли к окончательной истине и исчерпали обсуждаемые ими вопросы. Но исчерпать философские вопросы нельзя, и, таким образом, это убеждение авторов систем должно заключать в себе какие-то противоречия. Пусть так, но ведь подобные противоречия

могли и не замечаться созидателями философских систем - они могли оставаться скрытыми от них самих. Говорят ли скрытые противоречия об амбивалентности? Приведенные в книге тезисы, казалось бы, свидетельствуют о том, что автор склоняется к положительному ответу на этот вопрос. В реальности, однако, под амбивалентностью он понимает прежде всего явную несогласованность различных суждений одного и того же философа. И это дает иной образ амбивалентности.

Еще один важный момент касается того, можно ли считать всякие противоречия в философских рассуждениях какого-либо автора указанием на амбивалентность этих рассуждений? Казалось бы, да, но в таком случае любую логическую погрешность можно будет назвать амбивалентностью. Во многом это опять же вопрос о словах, но суть в том, что Т.И. Ойзерман не раз подчеркивает позитивность амбивалентности.

В указании на эту позитивность, собственно, и состоит пафос рассматриваемой книги. При этом очевидно, что ее автор вовсе не призывает философов допускать как можно больше логических ошибок. Как же выйти из этой ситуации?

Ответ, на мой взгляд, можно отыскать ближе к концу книги, где Т.И. Ойзерман разъясняет, что под амбивалентностью философских концепций он понимает не любые противоречия или непоследовательности, которые можно обнаружить в рассуждениях того или иного философа, а лишь те, которые отражают "метания" их создателей (см. с. 355). Это важное замечание позволяет существенно уточнить позицию автора. Под "метаниями" он, судя по всему, понимает образ действий тех немногих мыслителей, которые в своих смелых, но хорошо фундированных (в определенном плане) конструкциях далеко отклонились от общепринятых построений. Такие конструкции могут быть созданы только выдающимися философами. Ведь и выдающимися они считаются во многом потому, что им удалось найти необычные пути решения хорошо известных проблем. Отыскав необычные ракурсы и концептуализировав их в своих теориях, эти философы, однако, рано или поздно наталкиваются на возражения и контрпримеры, словно бы толкающие их к привычным воззрениям. Озвучивая свои сомнения и как бы поддаваясь им, они и впадают в амбивалентность. Таким образом, амбивалентность, о которой говорит Т.И. Ойзерман, в полной мере, как отмечает он сам, может быть свойственна лишь лучшим умам. Если кто-то начинает философствовать и сходу делает множество ошибок, впадая в противоречие с самим собой, то это еще не амбивалентность. Это просто неумение мыслить. Предварительным условием подлинной амбивалентности является

создание оригинальных и глубоких концепций, опирающихся на серьезные фактологические и аргументативные основания.

Амбивалентность, тем самым, - почетный титул, который по праву может быть присвоен только по-настоящему большим философам. Так, по крайней мере, можно понять Т.И. Ойзер-мана. Представление о том, что великие мыслители велики тем, что они создавали нетривиальные образы мира, можно, разумеется, найти и у других историков философии, в частности, у знаменитого Ф.Ч. Коплстона. Коплстон рассуждал на эти темы даже более определенно, но он не развивал идею амбивалентности как следствия такой ситуации. Не развивал эту идею и другой известный философ наших дней - Дж. Перри (эксперт по индексикалам и тождеству личности, соведущий радио-шоу Philosophy Talk и первый философ, получивший Антинобелевскую премию - за эссе о том, как, потакая лени, делать множество полезных вещей), тоже размышлявший на сходные темы. В одном из своих выступлений он сравнивал философов с адвокатами. Чем более талантлив адвокат, тем более сложные дела он скорее всего будет рассматривать. Так и с философами: чем гениальнее мыслитель, тем более рискованную, отличающуюся от обыденных представлений концепцию он будет защищать. История хотя бы отчасти подтверждает эту гипотезу. Кант, к примеру, отстаивает мысль о том, что предметы, находящиеся перед нами, не существуют сами по себе, Гегель говорит о прозрачности бесконечной божественной сущности для человеческого интеллекта, Шопенгауэр отрицает позитивность удовольствий, а Ницше уверяет нас в неизбежности вечного возвращения того, что уже было. Перечисленные теории кажутся крайне спорными, но благодаря выдающимся дарованиям их защитников они обрели немало сторонников.

Вернемся, однако, к книге Т.И. Ойзермана. Я уже отмечал, что он считает, что большинству великих философов был присущ некий догматизм, проявляющийся в излишней уверенности в собственной правоте (из числа догматиков он исключает Бэкона, можно было бы сразу исключить и Юма). Между тем из признания амбивалентности характерной чертой великих философов следует и то, что их догматизм имел границы и в итоге побеждался его противоположностью. В самом деле, догматизм - серьезная болезнь мысли, свидетельство ее окостенелости. Более того, он может говорить об отсутствии мысли вообще. Но трудно представить, что лучшие философские умы были бездумными. И если это так, то они не могли быть догматичными. Но недогматичная, живая мысль никогда не останавливается на достигнутом. И именно поэтому

великие философы перерастали созданные ими системы, не удовлетворялись ими, находили изъяны - и так становились амбивалентными.

В общем, из размышлений Т.И. Ойзермана вырисовывается следующая картина. Амбивалентность, в том смысле, в котором он ее понимает, свидетельствует, во-первых, о наличии глубокого и отличающегося от привычного представления о реальности и, во-вторых, о недогматичности того мыслителя, который создал это представление. Сочетание этих факторов может рассматриваться как формула философского величия и гениальности. И в этом плане амбивалентность действительно есть нечто позитивное.

Выявление этого обстоятельства - важная заслуга Т.И. Ойзермана. Однако его книга не ограничивается общими рассуждениями. Наоборот, большая часть ее являет собой анализ конкретных философских учений с целью демонстрации наличия

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Показать целиком

Пoхожие научные работыпо теме «Философия»